Верни меня…
Oнa
Чeрт, всe пoшлo и бaнaльнo, кaк в клипe группы «Нeпaрa». Сидим с тoбoй нa кaзeннoй скaмeeчкe в узкoм кoридoрe, xлoпaют двeри, зa кoтoрыми дядeньки в судeйскиx мaнтияx вынoсят рeшeния имeнeм Рoссийскoй Фeдeрaции. Чeрeз пoлчaсa да мы с тобой тoжe стaнeм стoрoнaми в дeлe, истцoм и oтвeтчикoм, a минут чeрeз сoрoк пeрeстaнeм бытийствовать сeмьeй. Eсли нe пeрeдумaeм…
Нaс рaздeляют сaнтимeтрoв двaдцaть, нe бoльшe. Пoлтoры мoeй лaдoшки в длину. A eщe мeжду нaми цeлaя прoпaсть изо oбид, нeпoнимaния, мoиx слeз и твoиx уxoдoв. Мнe бы сeйчaс oдним мaxoм прeoдoлeть 20-сантиметровую дистанцию, припечься к тебе и шепнуть: «Солнышко, какими судьбами мы тут делаем? Пойдем заберем Антоху изо школы и айда гулять! Я хлеще никогда не обижу тебя, ни в нежели не упрекну… Мы хана вернем: счастье, радость, автор станем прежними!»
Но я до чертиков боюсь преодолеть эту несчастную скамеечную разницу, я боюсь, какими судьбами вместо солнечных теплых слов снег на разревусь и испугаю тебя. Боюсь, что-нибудь даже если решусь озвучить логос, ты холодно скажешь: «Ань, у тебя сырость. Ты все решила, твоя милость настаивала на разводе – яко получи свободу».
Я не знаю, что такое? нас погубило. Мы но были здоровскими, смешными и неуязвимыми, я были парой и семьей. Родился Антошка, устрашающе не хватало денег. Бог, как мы ссорились! Эпизодически сыну было три месяца, у меня предисловий пропало молоко, и наш Возница стал искусственичком. Банка импортного «Семилака» стоила бешеных денег, а хватало ее чуть только на четыре дня – потребность-то у наследника отменный, дедушкин! Я переживала изо-за того, что пачку новомодных памперсов нужно тянуть на полтора месяца, что-то тебе нужно не шабашить по части ночам, а дописывать кандидатскую: охрана на носу, а у нас гиппокамп не валялся. Что одну пару колготок нужно нести с октября по декабрь, сперва можно под юбочку, после того, с возникновением дурацких затяжек, лишь под джинсы.
Я плакала, упрекала тебя в волюм, что мы бедны, в духе церковные мыши, а ты настоял получи рождении Антошки и вот пока… Я обвиняла, ты отмалчивался и уходил изо дома. Часа на чета, не больше. Ночью, прозябший и несчастный, приходил ко ми под одеяло, мы обнимались и утешали союзник друга нежно и трепетно. И в согласие твердили, что бедность чувствам отнюдь не помеха, скоро все наладится…
Твоя милость защитил кандидатскую, устроился нате хорошую работу и стремительно превратился изо худенького интеллигентного Игорька в солидного, спозаранок располневшего Игоря Андреевича. Спустя полтора года я могла трансформировать колготки хоть трижды держи день, а Ванька ходил в самолучший детский сад, где помесячный взнос равнялся учительской зарплате. Денег из этого явствует много, а ссор – еще в большей мере. Теперь я вдруг решила, яко должна делать карьеру и маловыгодный хочу жить в твоей тени, встречаться горячим ужином и теплыми словами. Приходя с работы, твоя милость выслушивал концерт на тему: «Свободу женщинам Востока! Думаешь, твоя милость гений, а я ничтожество? Ха, как получится, каких высот я добьюсь, дай не более выйти на работу!» Твоя милость опять хлопал дверью, а я злорадствовала: «Верно прошел слух, деньги портят людей! Очень может быть к бабам пошел!» А ты ещё возвращался, правда, уже получи и распишись рассвете и теперь не горел желанием один одного утешаться до седьмого пота.
Я пошла горбить спину, все и впрямь сложилось хорошо. Семейный доход увеличился, в гараже красовалась иномарка, а жилплощадь приросла квадратными метрами. Малограмотный квартира, а мечта – у каждого своя зала, плюс огромный холл и салон. Вот только встречались автор этих строк чаще в прихожей, когда поутру ты возвращался якобы с работы, а я повязывала шарфик и брызгалась духами в недавнем прошлом трудовых свершений. Антошка топтался плечо к плечу и не понимал, почему мам всегда злится, увидев папу. А что-то мне делать – радоваться? Я ревновала, скучала, хотела, чтоб ты вернулся в супружескую слой, а ты, Игорь Андреевич, пропадал Царь Небесный знает где… Наверное, должно было вызвать тебя сверху откровенный разговор, по-бабьи зарыдать, размазывая тушь по щекам, и произнести, что люблю, давай начнем шабаш сначала… Но, видно, обидчивость родилась вперед меня, как бы же – сильная успешная землячка! Лучше поплакать в одиночку и повстречать мужа очередной презрительной миной…
Я живу в нашей квартире, Антоха со мной, а твоя милость снял жилье на другом конце города и с сыном видишься только лишь по выходным. Прости меня, сие я настояла. Хотела уколоть побольнее, вбить в голо, что смогу жить кроме тебя. Знала, что за исключением. Ant. с Антохи тебе белый большой свет не мил, вот и била ровно по больному. А теперь этот рисунок…
Ты сидишь как в воду свешенный, смотришь в угол и даже рукавом боишься меня взять за душу… Хочу сказать, что сие все дурной сон, нуте уйдем отсюда – и не могу. Господи, кто такой бы унял эту треклятую гордыня? Я так боюсь, что твоя милость откажешь мне, ведь имеешь полное ей-ей: признаю, виновата во многом… Если только есть на свете телепатия, улови, прочитай мои мысли и малограмотный соглашайся на развод, хозяйка-то я не смогу «повернуть реки вспять»…
Симпатия
Анька, звереныш мой слабый и ласковый, как мы дошли после жизни такой? Что я делал раком? Эх, да чего позже, кругом я виноват…
По первости безграмотный хватало денег, и я навсегда запомнил твое грустное личико: «Игорек, Антоха слопал последнюю баночку яблочного томат…» Думал тогда не более чем об одном – как вам накормить-одеть-обуть. Нате Новый год подхалтурил и купил тебе золотое перстенек с жемчужинкой – я казался себе героем. Шайба было дешевеньким, обычная заводская закатка, но ему ты радовалась предпочтительно, чем дорогим духам, шубе и бриллиантовым сережкам, подаренным новоприсоединенный.
В чем секрет семейного счастья? Пока что понимаю, что точно малограмотный в деньгах. Почему семь парение назад, когда мы жили возьми две стипендии плюс жалкие дешевле пареной репы от подработки, между нами трендец было хорошо? Ты была нежной, мягкой и беззащитной… Как-нибуд мы целовались, меня с головы предварительно ног пронзало ощущение счастья с того, что рядом вкушать родной любимый человечек, верней, два человечка – ты и Антоха. И я повинен вас защищать.
Я так радовался, рано ли получил новую работу! Думал, неужли наконец заживем как человеки, у сына появятся игрушки изо дорогих магазинов, велосипеды-самокаты, а у тебя обновки, никак не будем три месяца откладывать на зимние сапоги. Наша первая шопинг в Турцию… Я урвал по случаю горящую путевку и, егда расплачивался, едва не танцевал: можете величаться вашим папкой! Вон макрокосм едем посмотреть, это сносно, что эконом-классом, зато всегда вместе! Ты тоже подпрыгивала и смеялась, ровно ребенок, как тогда, открыв коробку с жемчужным колечком…
В дальнейшем больше. Экономить на еде, одежде и отдыхе свыше не было необходимости, а тебя мои успехи на хрена-то расстраивали, устроила глупое соревнование, кто из нас даст десять очков вперед. Пытался урезонить, образумить, только ты упорно лезла «на баррикады». Полгода терпел, ужотко махнул рукой и предоставил полную свободу действий.
Временами, почему мы отдалились? Анька, может, твоя милость заигралась в независимую женщину? Экой дурак внушил тебе, что-что для женщины оскорбительно непременничать на содержании у мужа? Ми казалось, что я просто обязан защитить уют и достаток, восполнить ведь, чего не хватало в первых порах нашего брака…
Твоя милость меня отталкивала, Антоху взяла почти свое крыло, ревниво следя, так чтоб я не избаловал сына. Знаешь, в экий-то момент мне осточертело стучаться лбом в стену твоего ледяного молчания. Дьявол наказывать мужчину лишь из-за то, что он любит? Ну да, я был неправ, что уходил, сидел в барах, наливаясь после бровей злобой и вискарем. А далее перестал злиться, злоба сменилась безразличием. Невыгодный хочешь принимать меня, и пожалуйста, Игорь Андреевич востребован в других местах и, ась? уж там, постелях.
Похожие темы:
Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.
Ваш отзыв